Заговор против Кронштадта

14 октября 2008 г.

После июльских 1917г. событий в Петрограде, в которых кронштадтские моряки приняли самое непосредственное участие, обстановка в стране, а особенно в столице и ее пригородах, резко изменилась.

Кронштадт, в котором с самого начала революции двоевластия фактически не было, оказался в наиболее трудном положении. Типичное описание происходящих событий: «Командиру карательного отряда кронштадтцы со спокойной уверенностью ответили, что от права выбирать себе комиссара они отказываться не собираются». И при этом намекнули, что у штабс-капитана слишком мало сил для предъявления ультиматумов. Приготовившихся к бою самокатчиков накормили обедом и с миром отправили обратно…».

14 июля, части 5-й армии, вызванные с фронта, заняли Красную Горку и повернули орудия форта в сторону Кронштадта. Но делегаты солдат, прибыв в крепость, убедились, что их обманули: никакой «анархии и контрреволюции» здесь нет». Вроде бы налицо бессилие правительства. Но не следует забывать, что участники демонстрации были обезоружены, а наиболее активные арестованы. Была разгромлена типография газеты «Правда», а исполнявшая ее функции кронштадтская газета «Голос правды» закрыта. В то же время, вскоре ее вновь открыли. С 14 июля она только стала называться – «Пролетарское дело».

Июльские события ознаменовали конец мирного периода революции, конец двоевластия. Государственная власть целиком сосредоточилась в руках Временного правительства - органа буржуазии, которая, ощущая непрочность своей победы, повела дело к установлению военной диктатуры. Наиболее ярким проявлением этого стала Корниловщина.

Временное правительство во главе с А. Ф. Керенским, продолжая сеять в народе конституционные иллюзии, на деле расчищало дорогу военной диктатуре и являлось прямым соучастником подготовки контрреволюционного переворота. Ликвидация Кронштадта, как «большевистского гнезда», была неотъемлемой частью заговора. Интересы Временного правительства и Корнилова в этом вопросе полностью совпадали. К тому же, вступив в должность верховного главнокомандующего, Корнилов получил в свои руки уже готовый план об уничтожении Кронштадтской крепости и военно-морской базы, разработанный еще при его предшественнике - генерале Брусилове в Морском штабе Ставки.

По воспоминаниям А. Керенского, разоружение Кронштадта планировалось еще в июне-июле. 8 августа план упразднения Кронштадтской крепости был представлен Керенскому. Он наложил визу: «Согласен». Этому плану не суждено было осуществиться. Помешал ход развивающихся политических событий.

У Корнилова так же были свои счеты с Кронштадтом. Однажды, еще на должности командующего войсками Петроградского военного округа, он приехал привести гарнизон крепости к присяге Временному правительству. А матрос-большевик Алексей Павлов, при бурной поддержке двадцатитысячной толпы, потребовал, чтобы генерал сам публично присягнул на верность революции, что оскорбило генерала.

Главную роль в заговоре против революции играла кадетская партия, опиравшаяся на крупную буржуазию и генералитет. Заговорщики были поддержаны представителями Великобритании, Франции и США, которые до поры до времени боялись развития русской революции и выхода России из войны. Центр военно-политической подготовки переворота сосредоточился в Ставке верховного главнокомандующего (Могилёв).

Стремясь придать готовящемуся перевороту «законный» характер, Временное правительство 12(25) августа созвало в Москве Государственное совещание, которое санкционировало политическую программу кадетско-генеральской контрреволюции. В Ставке и при штабах фронтов формировались специальные ударные части. Многочисленные офицерские организации в Петрограде, Москве, Киеве и др. городах должны были поддержать Корнилова в момент открытого выступления. Главной боевой силой для удара по Петрограду был 3-й конный корпус генерала А. М. Крымова. В составе войск была и «Дикая дивизия» из горцев Северного Кавказа, которую в свое время Николай II не решался бросить против рабочих.

Но расчет на нее не оправдался. В наступавшую «Дикую дивизию» прибыла делегация балтийцев, ранее воевавших в ее составе и знакомых с бытом горцев. Характерным эпизодом корниловщины было посещение Кронштадта делегатами «Дикой дивизии». Среди них были и русские, но похожие на горцев. Они просили принять их в Кронштадт, т.к. в дивизии их расстреляют за измену. Часть в конном строю прибыла в Ораниенбаум и была доставлена на форт Ино, где находилась до Октябрьской революции.

25 августа (7 сентября) Корнилов двинул войска на Петроград, потребовав отставки Временного правительства и выезда Керенского в Ставку; министры-кадеты 27 августа (9 сентября) подали в отставку. В ответ на корниловский ультиматум, Керенский объявил Корнилова мятежником и отстранил от должности верховного главнокомандующего.

Следует заметить, что Временное правительство не устраивало ни левых, ни правых. Так известный предприниматель П.П. Рябушинский на торгово-промышленном съезде заявил, что «у Временного правительства была лишь видимость власти… Целесообразно ли давать расточителю?». Вовсе нет. «Нужна костлявая рука голода и народной нищеты, чтобы она схватила за горло лжедрузей народа, членов разных комитетов и советов, чтобы они опомнились. Стонет русская земля от их товарищеских объятий». И далее: «Люди торговые, надо спасать землю русскую». При этом он уверен, что «наша великая страна сумеет пережить свое маленькое правительство».

Корнилов между тем был известен не только тем, что ввел на фронте смертную казнь, а 8 августа 1917г. отдал приказ открывать огонь по отступающим из артиллерии и пулеметов. Он предлагал милитаризацию заводов и железных дорог, а также распространение смертной казни на тыл.

Следует отметить, что в определенных кругах Корнилов имел авторитет. В частности, 8 августа Совет союза 12 казачьих войск заявил, что снимает с себя ответственность в случае смены Корнилова на должности главнокомандующего. Аналогичные решения приняли конференции Союза Георгиевских кавалеров и Союза офицеров.

Переход Керенского от участия в заговоре к борьбе с Корниловым был вызван боязнью того, что Корнилов расправится не только с большевиками, но и с мелкобуржуазными партиями и отстранит Керенского от власти. Вместе с тем Керенский опасался, что возмущение масс может смести не только Корнилова, но и его самого. Выступив же против Корнилова, Керенский рассчитывал поднять пошатнувшийся авторитет Временного правительства среди народных масс, но его расчёты не оправдались.

Керенский не только предал Корнилова. Он «спустил на тормозах» расследование финансирования большевиков германским генштабом, отправил Колчака в США, как только узнал, что «Национальный центр» рассматривает его в качестве диктатора.

Руководителями и организаторами общедемократической борьбы с корниловщиной стали большевики.

27 августа (9 сентября) ЦК РСДРП (б) обратился к рабочим и солдатам Петрограда с призывом встать на защиту революции, в котором, в частности, говорилось: «...Контрреволюция надвигается на Петроград. Предатель революции и враг народа Корнилов ведет на Петроград войска, обманутые им». В течение 3-х дней в отряды Красной Гвардии записалось 15 тыс. рабочих Петрограда. Чтобы воспрепятствовать движению эшелонов с корниловцами, под Петроградом строились заграждения, железнодорожники разбирали пути.

В момент корниловского мятежа Временное правительство было вынуждено обратиться к большевикам за помощью, а потому какие-либо обвинения в их адрес были явно не ко времени. Следует заметить, что после июльской демонстрации в Петрограде и обвинения большевиков в содействии Германии, по большевикам был нанесен серьезный удар. Но эффект был временный, ибо это обвинение уже использовали против царицы и ее окружения, Петроградского Совета и таких политических деятелей как Распутин, Гучков, Чернов и даже Керенский.

К тому же, громче всех большевиков в шпионаже обвиняли самые не популярные политики, а официального правительственного заявления так и не последовало. После неудавшегося мятежа Корнилов то же получил ярлык германского агента.

В связи с выступлением Корнилова Кронштадтский Совет получил телефонограмму за подписью министра Чхеидзе с просьбой прислать войска «верные Временному правительству и Советам». Тут Кронштадтцы именовались как «доблестные сыны революции» и «самые надежные» ее защитники. Решено было, не являясь «верными» Временному правительству, выступить против Корнилова. В итоге было выслано три отряда, около 3600 человек. Это оказалось не так просто. Людей не хватало. Посылка делегаций в деревни носила массовый характер, иногда до 400-500 человек в месяц. Пришлось срочно «организовать рабочую гвардию из добровольцев - мастеровых Кронштадтского порта для несения службы по охране г. Кронштадта», а также «вызвать все учебные суда в Кронштадт ввиду крайней необходимости пополнения гарнизона крепости».

Ликвидация мятежа обошлась без кровопролития. Агитаторы разъясняли обманутым солдатам и казакам корниловских частей контрреволюционный смысл корниловщины. К 30 августа (12 сентября) движение корниловцев всюду было остановлено. В их войсках началось разложение. В Ставке и штабах фронтов были арестованы генералы: Корнилов, Лукомский, Деникин, Марков, Романовский, Эрдели и др. Обвинение в участии в «корниловском мятеже» было предъявлено Атаману Всевеликого Войска Донского – герою Брусиловского прорыва А.М. Каледину. Круг объявил обвинение провокацией и запретил ему ехать в Могилев для дачи показаний. 31 августа (13 сентября) было официально объявлено о ликвидации корниловщины. Под влиянием революционного подъёма масс в ходе борьбы с корниловщиной началась полоса массовой большевизации Советов, в частности, 31 августа (13 сентября) Петроградский, а 5(18) сентября Московский советы приняли большевистскую резолюцию «О власти».

Но и Керенский сделал свой политический ход. Не дожидаясь созыва Учредительного собрания, он объявил Россию республикой. Это ему не помогло. Кронштадтцы помогли Керенскому удержаться у власти, но через два месяца пришли на помощь Ленину, чтобы Керенского сместить.

Что было дальше в истории нашей Родины, вы знаете.

От редакции. В следующем номере читайте статью «Дух «махновщины» в Кронштадте».
В. Краснояров, кандидат исторических наук.

 

Самое читаемое